С последними надеждами они расстались тотчас после спуска в подвал. Именно здесь люди Маршала обустроили что-то вроде химического минизавода. Импортные перегонные системы, разномастные склянки и реторты, довольно компактный вакуумный упаковщик, кипы неиспользованных пакетиков — все это самым недвусмысленным образом подсказывало о былом предназначении данного места. Правда, изучить надлежащим образом здешний ученый быт представлялось уже невозможным, поскольку все аксессуары подвальных алхимиков были самым беспощадным образом уничтожены. Что-то недавние погромщики сожгли, что-то разбили, все прочее было в беспорядке рассыпано по полу. В воздухе до сих пор стоял удушливый запах гари, кое-что в подвале тлело и сейчас. Таким образом, секреты создания празитона, увы, обещали остаться секретами навсегда, что, впрочем, не слишком расстраивало оперативников. Куда больше их впечатлили обнаруженные трупы. Сведения агента оказались точными. На заводике действительно трудилось всего двое доверенных. Их оперативники обнаружили в закутке между перевернутым шкафом и сдвинутым с места столом. Именно там красовался люк запасного выхода, которым, видимо, и надеялись воспользоваться господа химики. Надеялись да не успели. Один из подпольных махинаторов, скрючившись эмбрионом, лежал возле самого люка. Второй сидел, привалившись спиной к стене, нелепо разбросав в стороны руки и ноги. Создавалось впечатление, что к этой самой стене его отбросило чудовищной силы ударом. Впрочем, одним ударом дело не ограничилось. Лицо у покойника было обуглено до костей, и оттого страшный оскал вызывал в памяти кадры из фильмов ужаса. Разглядывать умершего подробнее — ни Шматов, ни Сергей особого желания не ощущали, однако долг есть долг, и, сделав над собой усилие, Миронов шагнул ближе.

— Как минимум ожог третьей степени.

— Вот именно, что минимум. Все равно как из огнемета саданули. — Шматов опустился рядом на корточки, коленом задел шкаф. — Только и на огнемет это не очень похоже. Иначе здесь было бы подобие брызг. Черт! А это еще что за фокусы!..